Путём «Спарты». Семён Пегов

Я попал в батальон «Спарта» пять лет назад, едва оказался в Донбассе. Правда, тогда это была еще не «Спарта» и далеко не батальон, но Моторола стал первым боевым человеком, которому при знакомстве я пожал руку на этой войне

Путём «Спарты». Семён Пегов

В общем, моя дружба с Донбассом началась именно с этой встречи. Конечно, мне не так повезло, как многим другим коллегам, работавшим в Славянске с апреля 2014-го, — я заехал в город, когда он уже находился в полной круговой осаде со стороны ВСУ, то есть летом, в начале июня (пробирался туда буквально козьими тропами), — но зато в следующие годы я наверстал упущенное и очень старался не пропускать самые значимые военные операции, в которых «Спарта» участвовала.

До того как у подразделения появилось официальное название, в обиходе тех, кто воевал под командованием Арсена Павлова, называли просто мотороловцами. Это повелось еще с Семёновки — главного форпоста обороны Славянска, где гранатометная группа Мотора (так его называли близкие) впервые прославилась на весь фронт — а затем благодаря YouTube и телевидению на весь мир — своими дерзкими вылазками чуть ли не в тыл противника, сопровождавшимися, как правило, крайне задорными комментариями, бескомпромиссной съемкой на мобильник и цитатами из русского рэпа. Позже этот стиль ведения боевых действий сами ополченцы окрестили «православным джихадом» (Стрелкову, командовавшему тогда гарнизоном, такое определение не нравилось, а вот самому Мотору пришлось очень по душе).

Для многих начало боевого пути «Спарты» ассоциируется со Славянском. Однако Арсен всегда подчеркивал, что начался он гораздо раньше и еще в Харькове — когда 14 марта 2014 года на улице Рымарской состоялись вооруженные стычки пророссийских активистов с боевиками «Правого сектора» (запрещенной, к слову, в России организации), которые приехали на юго-восток страны, чтобы сорвать масштабный антифашистский митинг. Мотор уже тогда фактически вступил в ополчение, участвовал в уличных боях, а один из его близких друзей был тогда тяжело ранен.

Следующим пунктом боевого пути для основателя «Спарты» можно справедливо считать Крым — там хоть и прошло всё более или менее гладко, но пободаться с некоторыми украинскими военными все же пришлось. Затем, после Крыма, началась его донбасская одиссея, длиною во всю отведённую жизнь. В апреле 2014-го Арсен в составе стрелковского отряда, сформированного из добровольцев, попадает в Славянск и после нескольких успешных операций становится тем самым Моторолой, которого мы все знаем, — виртуозным и ловким воякой, отважным командиром, умеющим объединять вокруг себя простых бойцов, харизматичным оратором, иной раз в одиночку уничтожающим искрометными панчами всю украинскую пропаганду.

В Семёновке, куда мы отправились с Мотором и Вохой (его бессменным другом и заместителем) — едва я успел оказаться в ДНР, — все как будто преображались от счастья, когда появлялась эта отмороженная (в хорошем смысле) компания — настолько заразительными были его бесстрашие и харизма. Его приезд означал, что сейчас начнется что-то необыкновенное — одним словом, дискотека — как называли ополченцы возможность задать жару врагу под аккомпанемент мотороловского задора.

Неудивительно, что к моменту выхода из Славянска подразделение Арсена Павлова из обычной гранатометной группы разрослось до роты — и вместо трех он командовал уже доброй сотней бойцов. Перед тем как начались полномасштабные бои за выход к российской границе, где будущие спартанцы, разумеется, тоже принимали далеко не последнее участие, — Моторола получил травму и ему пришлось на какое-то время оставить батальон, из-за чего он страшно переживал — ежедневно, а иногда ежечасно названивая Вохе и Шарниру, которых оставил вместо себя.

Мотороловцы вышли победителями из Шахтерской операции, из боев за границу, а при освобождении Минусинска, захваченного в результате контрнаступления ВСУ, командир снова был с ними и снова его подразделение проявило себя в роли безбашенных и бескомпромиссных штурмовиков, слава о которых шла впереди убегающих вооруженных сил Украины. Далее последовала целая череда громких побед, которые мы здесь обозначим пунктирно: Иловайск, Крынка, южные рубежи ДНР. По-настоящему же легендарным подразделение Мотора стало во время боев за Донецкий аэропорт. И об этом подробнее.

Арсена Павлова и его бойцов отправили на помощь к Гиви и Абхазу — в конце сентября 2014-го. Дела пошли в гору. Хваленые и распиаренные Киевом «киборги» не справлялись с натиском еще недавних шахтеров, взявших в руки оружие, и Украина активно начала создавать миф о якобы тысячах спецназовцах ГРУ, против которых ВСУ отважно сражаются. На самом деле элиту украинских войск, даже несмотря на помощь иностранных советников (сейчас это ни для кого не секрет), размотали простые ополченцы, благодаря талантам и бесстрашию своих командиров, буквально бок о бок вместе с ними штурмовавших административные здания аэропорта. Моторола, в частности, лично заходил вместе со штурмовым отрядом в старый терминал — там его задел пулеметчик, но несмотря на ранение на следующий день комбат снова был на передовой.

Да, теперь я пишу «комбат» — потому что именно в этот период активных боев за воздушную гавань подразделение мотороловцев было переформатировано в отдельный разведывательный батальон, который получил название «Спарта». Случилось это в конце октября, и в этом году 26-го числа батальон отмечает свое пятилетие. К сожалению, без того человека, который стоял у истоков его создания.

После аэропорта было еще много операций — это и зачистка Углегорска во время Дебальцевского котла, и выполнение спецзадач практически под Мариуполем, но главным испытанием для батальона, безусловно, стала гибель командира. Три года назад Арсен Павлов погиб в результате теракта в лифте собственного дома. Сильнейшее в республике, да и вообще в Донбассе, подразделение возглавил самый молодой за всю историю этой войны командир — Владимир Жога, известный всем по позывному Воха. На тот момент ему было всего 23 года. Однако его репутация и авторитет, завоеванные за все то время, что он находился рядом с Моторолой, оказались настолько сильны, что ни у кого в батальоне не возникло сомнения, за кем идти дальше.

«Спарта» не просто не сломалась после теракта, бойцы подразделения сплотились еще больше — и на фронтовых показателях это сказалось катастрофически для врага. Под командованием Вохи спартанцы организовали и провели десятки успешных боевых операций, о которых мы с вами узнаем, как только с них будет снят гриф «секретно». Ведь «Спарта» прежде всего батальон разведывательный, и война еще не окончена.

Вообще же, путь этого подразделения, на мой взгляд, яркая и правильная иллюстрация того, что можно назвать русской мечтой (в противовес американской) — когда обычный, по сути, рядовой (каковым до Донбасса, безусловно, являлся Арсен Павлов) в борьбе за свои идеалы и свой народ смог вписать свое имя в историю, которая творится его бойцами до сих пор, и этот процесс не остановится, пока не будет одержана полная победа над врагом. В самом широком смысле этого слова.

Семён Пегов, Ren

Добавить комментарий